Тьяфо против Михельсена: Нью-Йорк уже нашёл своего полуфиналиста-американца

Четвертьфинал US Open, дневная сессия на «Артур Эш», два американца по разные стороны сетки — и гарантированный американец в полуфинале. Такие матчи в Нью-Йорке любят особенно: здесь не нужно объяснять публике, за кого болеть, потому что болеть можно за обоих. Фрэнсис Тьяфо пришёл сюда одиннадцатым сеяным и с репутацией человека, которому этот турнир всегда что-то должен. Алекс Михельсен пришёл без всякой репутации, не отдав по пути ни одного сета, и, кажется, вполне доволен тем, что его до сих пор мало кто разглядел.

Тьяфо разгоняется медленно, зато потом уже не тормозит

Его турнир — это учебник по тому, как выбираться из ямы и постепенно превращаться в фаворита. В первом круге против Мартина Дамма он не мог поймать ритм, отдал две партии в середине матча и в итоге свёл задачу к простой арифметике: один брейк плюс надёжные свои подачи. «Последние два сета я хотел быть жёстким», — сказал он потом, и это было честное описание выживания, а не спектакля. Главное — он перестал сыпать лишними ошибками именно тогда, когда позади уже был обрыв.

Дальше пошла уборка. Во втором круге Тьяфо был быстрее в матче и увереннее с задней линии, хотя без концентрационной дырки не обошлось: подавая на сет, он выдал две двойные подряд и вернул партию в равенство. Разница в том, что он не дал этой дырке расползтись, а сыграл тай-брейк агрессивно. С Валантеном Вашро появился первый полностью контролируемый матч: форхенд заработал сразу, тяжёлый кручёный по углам сочетался с выходами вперёд, и рискованная силовая игра соперника так и не начала диктовать.

А затем был Даниил Медведев — и вот это уже серьёзное доказательство. Первый сет тянулся через долгие изматывающие обмены, Медведев подавал на партию, но Тьяфо сделал обратный брейк и разгромил тай-брейк. В третьем брейке он отыграл сетбол через игру у сетки и закрыл матч с первой возможности. Ценно не то, что он победил, а то, что под максимальным давлением он принимал хорошие решения, доверял своим воллеям и не отступал назад.

Фон у этого подъёма был непростой. Вашингтон вышел рваным, в Монреале правая рука разболелась настолько, что пришлось сняться, а потом врачи удалили кисту — сам Тьяфо написал, что процедура прошла хорошо. Возвращение в Цинциннати вышло почти абсурдным по логике: почти без тренировок он дошёл до финала, обыграв Феликса Оже-Альяссима терпеливой обороной и Лоренцо Музетти — проактивным форхендом. Финал с Артюром Фисом он проиграл эмоционально и физически, ещё и лечил бедро, но отмахнулся: «Бедро немного беспокоило, но это уже дело десятое».

Сейчас в Нью-Йорке новых проблем не заявлено, и по движению это видно — против Вашро и Медведева он выглядел взрывным. Настораживает только накопленная нагрузка: глубокий Цинциннати, потом пять сетов в первом круге. Успокаивает, что следующие три матча прошли без лишних партий, и он становился свежее, а не тяжелее.

Михельсен: чемпион экономии, которому вдруг придётся выйти из тени

Он сам удивлён больше всех. «Я немного удивлён, потому что подводка у меня была не очень», — признал Михельсен, и это правда: перед турниром его форма не обещала четвертьфинала. Лето началось с перезагрузки после проблемы с косой мышцей, которая испортила траву, и он спустился на «челленджеры» за игровым объёмом — выиграл турнир в Крэнбруке и в финале отдал долг Джейкобу Фирнли за Уимблдон. Скучный, но правильный путь: сначала матчи, потом внимание.

В Вашингтоне он был в одном очке от победы над Тейлором Фрицем. Матч показал сразу и потолок, и слабое место: провалив начало, Михельсен перестроился, дотянул до решающего тай-брейка, добрался до матчбола — и попытался пробить приём вместо того, чтобы просто вернуть мяч в корт. Монреаль вышел смешанным, с поражением от Даниэля Мериды в трёх сетах, Цинциннати оказался коротким и ничего не дал.

Зато в Нью-Йорке он перестал позволять матчам растягиваться. Первый круг — спокойная работа на своей подаче. Второй — самый показательный: Брэндон Накашима сделал брейк сразу, а Михельсен не занервничал, добавил глубины и методично развернул матч; Накашима потом признал, что не нашёл своего ритма. Отдельная деталь — приём: Михельсен заранее разобрал, какую подачу под давлением любит соперник, и угадывал её на важных мячах. «Иногда приходится немного угадывать», — объяснил он. Против разнообразной подачи Тьяфо это качество может оказаться решающим.

В третьем круге он вернул долг Мериде, не дав тому наладить свои атакующие схемы. В четвёртом — снова близкий первый сет с Томасом Мартином Этчеверри и куда более контролируемая вторая половина, включая аккуратно поданный на матч гейм. Ни одного отданного сета, ни одного пятисетового испытания, травм нет. И, судя по интонации, ему это нравится: «Я люблю быть вне радаров. Это здорово».

Кто задаст температуру первого сета — тот и поведёт матч

Личные встречи — на стороне Тьяфо, и это не мелочь: он контролировал их предыдущие профессиональные матчи и не отдал Михельсену ни одной партии. Сам Михельсен говорит, что ему «нужно кое-что изменить», то есть считает те матчи тактически актуальными. С другой стороны, свежая психология выглядит иначе: он только что обыграл нескольких соперников с более солидными профилями и ни разу не был затащен в решающий сет. С прежней неуверенностью он на корт не выйдет.

Тактически у Тьяфо три главных маршрута. Первый — гонять Михельсена в стороны: тот силён, когда ему дают наносить первый удар и переводить чужую скорость, поэтому форхенд из угла в угол и смена направления по линии становятся ключевой конструкцией. Второй — вариативность после атаки: полуволлеи и инстинктивная игра у сетки решили ключевые мячи с Медведевым, и лучший способ не дать Михельсену устроиться — смешивать пробивные удары, короткие углы и выходы вперёд. Третий, оборонительный: беречь вторую подачу, потому что единственный технический сбой последних кругов — двойные при подаче на сет, а Михельсен как раз тот приёмщик, который читает шаблоны под давлением.

У Михельсена задача проще формулируется и труднее исполняется: сократить Тьяфо время на реакцию. Его подача и ранняя скорость с задней линии могут не дать матчу превратиться в атлетическое шоу, где Тьяфо всегда выигрывает по обаянию. Принимать нужно через антиципацию, а не через силу — и не повторить вашингтонскую ошибку, когда в самый заряженный момент он попытался пробить невозможное. Ещё один пункт — держать первый сет близким: две его последние стартовые партии ушли на тай-брейк, и обе он прошёл спокойно.

Условия добавляют отдельный сюжет. Все матчи Тьяфо на этом турнире прошли на «Луи Армстронге», где он никогда не проигрывал, а теперь его ждёт большой и менее интимный «Артур Эш» в дневной сессии. Публика для него — оружие, но только когда переводится в смелость, а не в спешку; пока переводится: после Медведева он говорил про «опыт вне тела», когда энергия и уровень растут вместе. Михельсену выгодно сделать эту арену максимально нейтральной: быстрые свои геймы, минимум общения с трибунами, никаких зрелищных розыгрышей на потеху.

Ставки простые и от этого тяжёлые. Для Михельсена это первый полуфинал мэйджора и лучший результат карьеры, для Тьяфо — шанс превратить очередной сильный Нью-Йорк не в повторение пройденного, а в что-то большее; победитель уходит в лучший рейтинг карьеры. Отношения у них дружеские: Михельсен обещает что-то поменять, Тьяфо ждёт, что тот будет «молодым» и «заряженным». Ненависти тут нет, а вот повод для нервов есть у обоих — у Тьяфо накопленная нагрузка, у Михельсена новизна декораций. Я честно не знаю, что перевесит: дисциплина человека, который не отдал ни сета, или импровизация человека, который в этом городе умеет находить в себе на один уровень больше, чем сам ожидал.